Прогулки со смертью(отрывок)

28 Октября 2025

Медсёстры и санитарки ходили по отделению без масок. «А зачем нам маски? — говорили они. — Мы уже несколько раз переболели». Улыбались и пожимали плечами.

Невидимый для всех свет за моей спиной продолжал гореть. Температура не падала, и я видела всполошённые взгляды врачей, которыми они обменивались при осмотре меня. Я продолжала бояться спать. Но сон был сильнее меня — сознание падало в него с решительностью тунгусского метеорита.

И вот совсем рядом знакомый, чуть шершавый голос:

— Когда начинается сон? Когда он заканчивается? Неясно. Когда начался сон твоей жизни?

Я не могла говорить ему «вы» — у меня естественно выходило «ты», словно мы были знакомы тысячу лет:

— А, Смерть… заходи. Ты опять наиспаганен? Прости за каламбур.

— Здравствуй в прямом смысле этого слова!

— И это говоришь мне ты, Смерть?

— И тем не менее здравствуй.

— Не знаю, что и ответить: могу ли я тебе сказать то же самое? Я стала уже подстраиваться под ироничный тон нашей беседы, и свободная речь наконец посетила меня. Мой смертельно красивый новый знакомый добродушно усмехнулся:

— Ну и почему бы тебе не сказать мне тоже «здравствуй»?

— Я лучше скажу «привет». Что ты там говорил про сон?

— Давай прогуляемся по твоим снам. Я спросил, ты можешь уловить тот момент, когда сон начинается?

— Н-нет… И когда заканчивается тоже.

— А когда ты входишь в сон, все предметы в нём уже есть? А потом куда они исчезают?

— Все предметы уже есть, и они кажутся очень реальными.

— Во-о-от. Ты улавливаешь. А что для тебя главнее, первичнее что ли, — сон или то, что ты называешь явью?

— Явь, конечно.

— А почему?

— Ну, явь реальнее, и от неё можно оттолкнуться, потому что она более устойчивая.Ты засыпаешь в кровати и просыпаешься в той же кровати в той же самой комнате. Явь главнее!

— То есть для тебя явь просто удобнее? Удобно же не начинать каждое утро новую жизнь в другом месте и другом теле с другим именем?

— Удобнее, конечно! Представь, какой хаос бы наступил! Каждое утро новое имя, новое тело, новая семья, новая работа, новая страна…

— Новая планета? — со смехом подхватил зеленоглазый. — А что, если я скажу, что сон главнее? Что его нестабильность, разнообразие форм, неясность, фантастичность, прерывистость неудобны для тебя, но главнее? А вдруг именно сон — точка отсчёта жизни?

— Тогда получается, что явь — нереальна? И мы постоянно видим её во сне?

— Да, явь — такой стабильный, постоянный сон. Со смертельным исходом…

— Это правда?!

— Я просто спросил — а вдруг?

Хитрец. Он просто спросил! А я теперь буду об этом думать и не усну! То есть не проснусь. То есть я запуталась не хуже Алисы в Стране Чудес.

— Что заставляет всех людей считать эти сны реальностью? Чувства.

— Чувства? — переспросила я.

— Да, чувства! Слишком много чувств. Разных. Именно они раскрашивают жизнь — так, что в неё невозможно не втянуться и не посчитать её реальностью. Точно так же, как в кинотеатре — через несколько минут фильма действие захватывает настолько, что ты и боишься, и плачешь, и смеёшься, как будто то, что происходит на плоском экране, происходит с тобой. Чем не реальность?! И кино останется реальностью для тебя, пока ты не осознаешь себя сидящим в кресле.

На рассвете меня разбудило с треском захлопнувшееся от сквозняка окно в моей палате на шестом этаже клинической больницы. Я снова на больничной койке. И, как говорится, снова не в Майами. Та-а-ак…

Инна Гаджиева

Выпуск: №20 28.10.2025

Версия для печати